Уголовное дело на бизнес

Содержание

Как отжимают бизнес в России

Уголовное дело на бизнес

Рафаэль Марданшин встал на защиту предпринимателей

Офицеры ФСБ, следователи, сотрудники полиции, прокуроры – все они по долгу службы обязаны бороться с коррупцией, но на деле во многих случаях силовики умело совмещают работу в правоохранительных органах с удовлетворением личных интересов. Отнятые у предпринимателей фирмы обычно оформляются на кого-то из родственников, а выгодные госконтракты распределяются между «своими».

Этих историй – тысячи. Вернее, уже сотни тысяч. Силовики заводят уголовные дела в отношении бизнесменов, грозя им серьезными неприятностями, запугивают и отнимают все: деньги, активы, недвижимость, предприятия и деловую репутацию.

До 10 лет лишения свободы

Госдума России во втором и третьем чтениях приняла законопроект об ужесточении преследования за незаконные попытки ограничить деятельность субъектов хозяйствования. Этот документ был внесен в парламент президентом страны.

Заместитель председателя Комитета Госдумы РФ по государственному строительству и законодательству Рафаэль Марданшин считает, что принятие данного закона послужит еще одним серьезным сигналом для недобросовестных представителей правоохранительных органов о том, что незаконное уголовное преследование предпринимателей будет караться по всей строгости закона.

Проект федерального закона подготовлен на основе предложений рабочей группы по мониторингу и анализу правоприменительной практики в сфере предпринимательства.

Как говорится в пояснительной записке к документу, на практике распространены случаи, когда уголовное дело возбуждается не в отношении конкретного предпринимателя, а по факту якобы совершенного преступления.

Такие дела обычно расследуются в течение нескольких месяцев, а затем прекращаются, что нередко приводит к частичной или полной потере налаженного бизнеса.

За привлечение заведомо невиновного человека к уголовной ответственности авторы законопроекта предложили установить наказание в виде 7 лет лишения свободы.

А если силовик обвинил бизнесмена в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, что нанесло пострадавшему крупный материальный ущерб или иные невосполнимые потери, то по ч. 2 ст.

299 УК РФ осужденный может быть лишен свободы на срок до 10 лет.

Статья дополняется также новым составом: незаконное возбуждение уголовного дела, если это деяние совершено в целях воспрепятствования предпринимательской деятельности либо из корыстной или иной личной заинтересованности, повлекшее прекращение предпринимательской деятельности либо причинение крупного ущерба. За это также предусмотрено лишение свободы на срок до 10 лет.

Предварительное следствие по делам, возбужденным по ст. 169 УК РФ (воспрепятствование законной предпринимательской или иной деятельности), которое сейчас осуществляется полицией, будет передано в ведение Следственного комитета России.

Статья 299 УК РФ (привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности) существует в российском Уголовном кодексе уже больше 15 лет. Только вот силовиков, осужденных по ней, крайне мало. Слишком трудно доказать, что уголовное дело возбуждалось против заведомо невиновного человека.

Допустим, на предприятие или в офис частной компании приходят с законной проверкой сотрудники правоохранительных органов, но при этом они придираются к каждой запятой в контрактах, вызывают руководство на бесконечные беседы, таким образом время идет, работа стоит, партнеры отказываются заключать новые контракты, и бизнес рушится. Конкуренты, по заказу которых и была устроена эта проверка, торжествуют. Как предприниматель сможет доказать, что материальный ущерб ему был причинен намеренно?

По словам бизнес-омбудсмена Бориса Титова, в 2015 году правоохранительные органы выявили около 255 тысяч экономических преступлений и возбудили более 234 тысяч уголовных дел. Но до суда из них дошли только 35 тысяч. Фактически 199 тысяч бизнесменов силовики «кошмарили», чтобы отнять бизнес или его часть для себя или кого-то из высокопоставленных лиц.

Генерал ФСБ и попытки «отжать» бизнес

Примеров давления силовиков на предпринимателей великое множество. Например, информационный ресурс «Правда УрФО» обнародовал заявление экс-губернатора Челябинской области Михаила Юревича о том, что начальник Управления ФСБ России по Челябинской области Игорь Ахримеев пытается отобрать бизнес у его семьи.

По словам Михаила Юревича, в первую очередь атаке подверглись производственные активы. Он связывает это с тем, что на них проще оказывать давление со стороны надзорных и контролирующих органов.

– У моей семьи, например, есть бизнес, и его сейчас пытаются отобрать. Это доказать крайне трудно, но имеется много косвенных показателей. Все боятся говорить. Атмосфера страха в Челябинской области крайне высокая. И мое личное мнение, что причиной тому именно Ахримеев.

Ко мне многие в регионе обращались, спрашивали: что можно сделать? Ничего! Потому что нет структуры, куда можно было бы пожаловаться. Все (силовики) приходят наряженные, демонстрируя, что ничего сделать нельзя. Сначала давят, потом спрашивают: «Не хотите продать бизнес? Нет?» И снова давление начинается.

Доказать, кто стоит за этими действиями, крайне трудно, так как все проверки осуществляются чужими руками, – пожаловался Михаил Юревич.

Начальник Управления ФСБ по Челябинской области Игорь Ахримеев

До перехода в политику экс-губернатор являлся одним из крупнейших предпринимателей Урала. Позже его активы были распределены внутри семьи чиновника, которая имеет отношение ко многим крупным бизнес-проектам, реализуемым в Челябинской области.

Разговоры о скорой отставке Игоря Ахримеева связывают не только с вышеупомянутым заявлением экс-губернатора, но также и с рядом других обвинений, звучащих в адрес высокопоставленного силовика.

Отмечается, что начальник регионального УФСБ проводил настоящие репрессии в отношении многих влиятельных бизнесменов Челябинской области.

От его действий в той или иной мере пострадали местные предприниматели: Сергей Вайнштейн, Алексей Крикун, Константин Струков, Олег Колесников, Олег Грачев, Константин Цыбко, Николай Сандаков, Игорь Алтушкин и другие деловые люди.

Майор полиции и две строительные компании

Одним из последних случаев, когда сотрудника правоохранительных органов все же обвинили в оказании противозаконного давления на бизнес, стало уголовное дело, возбужденное в начале декабря 2016 года в отношении начальника отдела экономической безопасности и противодействия коррупции МО МВД «Заречный» Свердловской области Ивана Баланцова.

10 марта 2016 года майор полиции сведениям изъял финансово-хозяйственные документы двух фирм: ООО «ЭкоСтрой» и строительной компании «Новый Город». Данные бумаги Баланцов хранил вплоть до 3 октября 2016 года в своем служебном кабинете в здании отдела полиции города Заречный, не имея на то никаких законных оснований.

Начальник ОЭБиПК МО МВД «Заречный» Иван Баланцов

Директор ООО «ЭкоСтрой» Иван Кочубей неоднократно просил сотрудника полиции вернуть документы, однако Баланцов отвечал, что они якобы направлены на экспертизу, которая на самом деле не назначалась.

Из-за изъятия финансово-хозяйственных документов деятельность двух юридических лиц была приостановлена более чем на полгода.

В результате обе строительные компании понесли серьезные убытки, пострадала и их деловая репутация.

Поняв, что другого выхода нет, в июле 2016 года бизнесмен Иван Кочубей был вынужден обратиться с жалобой в прокуратуру. Та возбудило против сотрудника полиции уголовное дело по статье 169 УК РФ (воспрепятствование законной предпринимательской деятельности).

Руководитель пресс-службы ГУ МВД РФ по Свердловской области Валерий Горелых отметил, что полицейский, который по долгу службы сам должен был бороться с подобными преступлениями, уволен из органов внутренних дел, в настоящее время майор Иван Баланцов находится под домашним арестом. А его непосредственный руководитель привлечен к строгой дисциплинарной ответственности.

Прокурор мучает проверками

Не остается в стороне от общей тенденции и прокуратура. Так, прокурор города Медногорска Оренбургской области Михаил Федоровский «кошмарит» бизнес многочисленными проверками.

При этом он подписывает сразу несколько документов, ставя на них один и тот же исходящий номер, что является грубым нарушением процессуального законодательства.

В этом можно убедиться, взглянув на документы, поступающие из прокуратуры Медногорска.

Четыре одинаковых исходящих номера за подписью старшего советника юстиции Михаила Федоровского, три из которых представляют собой извещения о проведении различных проверок.

Выходит, что три проверки медногорского прокурора значатся в отчетах как одна. Произвольное проставление номеров на исходящих документах наводит на ряд вопросов в отношении сотрудника надзорного ведомства.

Человек, обязанный следить за порядком, сам его нарушает.

Прокурор Медногорска Михаил Федоровский

Источник: http://www.mzk1.ru/2016/12/kak-otzhimayut-biznes-v-rossii/

Уголовная ответственность предпринимателей по гражданско-правовым спорам

Уголовное дело на бизнес

Между предпринимателями достаточно часто возникают гражданско-правовые споры, которые подлежат разрешению судами общей юрисдикции. Так, наиболее распространенной причиной споров является неисполнение стороной денежных обязательств по договору. Однако вместо того, чтобы готовить иск и идти в суд, многие бизнесмены предпочитают инициировать возбуждение уголовного дела.

Уголовная ответственность индивидуального предпринимателя по ст.

159 УК РФ (мошенничество) за невозврат долга по договору, как правило, не возникает — правоохранительные органы отказывают в возбуждении уголовного дела, указывая на то, что спор носит гражданско-правовой характер.

Тем не менее, доследственная проверка может серьезно нарушить работу компании и даже подорвать ее деловую репутацию. Уголовное преследование рассчитано на то, что испугавшийся судимости предприниматель любыми путями найдет средства для погашения долга.

Если компания оформила кредит, но в дальнейшем не смогла выплачивать долг, кредитное учреждение может обратиться в правоохранительные органы с заявлением о совершении преступления, предусмотренного ст.177 УК РФ. Чтобы предприниматель нес ответственность по указанной статье, должны выполняться все признаки в совокупности:

  • размер долга должен составлять 2 миллиона 250 тысяч рублей и более;
  • предприниматель уклоняется от погашения задолженности после вступления в силу соответствующего судебного акта.

Прецеденты возбуждения уголовных дел по ст.

177 УК РФ в отношении предпринимателей уже были: так, недавно было заведено уголовное дело на руководителя, транспортная компания которого после трех лет безупречного исполнения денежных обязательств не нашла средств на полное гашение кредита. Причем инициированием уголовного дела банк не ограничился, подав заявление о признании транспортной компании банкротом.

Уголовные дела как способ решения внутрикорпоративных конфликтов

Нередко уголовные дела против предпринимателей используются для решения внутрикорпоративных конфликтов. Рассмотрим, какие статьи УК РФ применяются для этого наиболее часто:

  1. Присвоение или растрата вверенного имущества (ст.160 УК РФ). К этой статье могут прибегать собственники или бенефициары бизнеса, решающие переложить материальную ответственность на генерального директора. Например, если будет установлено, что гендиректор распоряжался имуществом компании без согласования такой сделки с акционерами, то топ-менеджер рискует оказаться на скамье подсудимых.
  2. Злоупотребление полномочиями (ст.201 УК РФ). Распространенная ситуация: гендиректор выплачивает зарплату, премии сотрудникам, которые официально в штате числятся, но фактически не работают в компании (например, родственникам семьи акционеров). При возникновении конфликта между владельцами бизнеса эта информация может передаваться в правоохранительные органы для решения вопроса о возбуждении уголовного дела. Отметим, что положения о защите бизнеса тут не действуют, поэтому гендиректор может быть помещен под стражу.
  3. Причинение имущественного ущерба путем обмана (злоупотребления доверием) без признаков хищения (ст.165 УК РФ). Статья применяется в тех случаях, когда между партнерами, управляющими бизнесом на доверительных отношениях, возникает конфликт по поводу распределения прибыли. Один из совладельцев может заявить об отсутствии каких-либо устных договоренностей, и тогда другим партнерам не остается ничего другого, кроме как обратиться с заявлением в правоохранительные органы.
  4. Мошенничество и его отдельные виды (ст. 159 – 159-6 УК РФ). Из общего количества уголовных дел, возбужденных в отношении предпринимателей по данным статьям, до суда доходят не более 20 %, что подтверждает тот факт, что данные составы преступлений используются не для привлечения к ответственности виновных, а для решения и достижения иных незаконных целей против предпринимателей.

Некоторых бизнесменов не останавливает даже то, что фактически признаков перечисленных преступлений в действии лица просто нет: для них самое главное — добиться возбуждения уголовного дела в отношении предпринимателя-конкурента. А дальше дело техники: в ходе следственных мероприятий правоохранители могут обнаружить в действиях субъекта признаки иных преступлений, которые в дальнейшем вменяются в вину предпринимателю.

Можно ли избежать уголовной ответственности предпринимателя в предпринимательской деятельности

Как показывает практика, уголовное дело может быть возбуждено даже против законопослушного предпринимателя. Конечно, далеко не все дела доходят до суда, однако «подпортить» жизнь предпринимателю и разрушить бизнес они способны.

Но все же снизить риск уголовного преследования предпринимателя можно, если соблюдать несколько рекомендаций:

  1. Если компания не может исполнять свои обязанности по договору, об этом стоит немедленно уведомить кредитора. Используя совместные усилия, должник и кредитор, возможно, смогут найти выход из затруднительной ситуации (например, в случае долга по кредиту выходом может стать его реструктуризация).
  2. Необходимо тщательно следить за законодательными изменениями в предпринимательской сфере.
  3. В компании следует внедрить локальные акты, подробно регулирующие корпоративные отношения. Особенно внимательно необходимо прописать компетенцию каждого органа управления.
  4. Руководящим лицам следует проводить постоянный мониторинг правового положения компании и состояния ее активов. Например, это может быть регулярное получение выписок и ЕГРЮЛ, ЕГРП, запрос информации о сделках компании и т.д.
  5. От устных договоренностей необходимо отказаться — каждое действие в компании должно быть задокументировано.

А если конфликт уже произошел, то руководству фирмы не обойтись без помощи уголовного адвоката. Квалифицированный специалист не допустит несправедливого привлечения своего доверителя к уголовной ответственности за действия, которые фактически преступлением не являются.

Источник: https://www.advo24.ru/publication/ugolovnaya-otvetstvennost-predprinimateley-po-grazhdanskim-delam.html

Новости экономики и финансов СПб, России и мира

Уголовное дело на бизнес

Тенденция на возбуждение уголовных дел против предпринимателей резко усилилась в последнее время. Она идет вразрез с декларируемой государством линией на поддержку малого и среднего бизнеса как основы для развития общества и экономики страны.

Уголовные дела возбуждаются против предпринимателей чуть ли не ежедневно. Например, в конце прошлой недели стало известно, что за невыполнение обязательств перед дольщиками заключен под стражу еще один петербургский строитель — генеральный директор компании “ЛенСпецСтрой” Дмитрий Астафьев. Как сообщили “ДП” в ГУ МВД по Петербургу и Ленобласти, об этом ходатайствовало следствие.

Однако еще в 2017 году президент России Владимир Путин давал правительству поручение проработать вопрос о недопущении меры пресечения в виде содержания под стражей в отношении лиц, подозреваемых в преступлении в области предпринимательской деятельности.

Предпринимателей не видят

Борис Титов, уполномоченный по защите прав предпринимателей при президенте России, в своем комментарии “ДП” отметил, что, к сожалению, несмотря на все усилия, проблема избрания в отношении предпринимателей такой меры пресечения, как содержание под стражей, остается актуальной.

“Пленум Верховного суда РФ уже трижды обращал внимание судов на существенные ограничения при избрании подобной меры пресечения в отношении лиц, совершивших преступления в сфере предпринимательской деятельности, — говорит Борис Титов, — однако в большинстве случаев следствие по–прежнему не видит предпринимательской составляющей, а суды, к сожалению, как правило, руководствуются позицией следствия”.

По сравнению с первым полугодием 2017 года более чем на 5% увеличилось число находившихся в производстве дел по ст. 159 УК РФ (“мошенничество”) — самой популярной статьи для бизнесменов. На 6% увеличилось количество уголовных дел по статье “незаконное предпринимательство”, почти на 2% — по ст. 199 и 199.2 УК РФ (“уклонение от уплаты налогов”).

По данным петербургского бизнес–омбудсмена Александра Абросимова, в 2017 году следственным управлением ГУ МВД по Петербургу и области в отношении предпринимателей возбуждено 182 уголовных дела (подробнее см. схему). Следственный комитет России по Петербургу возбудил 119 уголовных дел, из них за незаконное предпринимательство и уклонение от уплаты налогов — по 52.

Центр общественных процедур “Бизнес против коррупции” (ЦОП), который действует вместе с аппаратом бизнес–омбудсмена, примерно раз в квартал собирает заседание Общественного совета, в который входят юристы, представители ГУ МВД, общественники и предприниматели.

Обязательно приглашаются представители прокуратуры и Следственного комитета. На совете рассматривают обращения бизнесменов, против которых возбуждены уголовные дела, причем организаторы дают возможность высказать свою позицию всем сторонам.

Затем, в зависимости от результатов исследования, рекомендуют органам следствия прекратить уголовные дела — или же отказывают в поддержке, основываясь на собственных выводах.

На недавнем заседании совета рассмотрели заявления предпринимателей, которые просят общественность восстановить их предпринимательский статус и информировать об этом правоохранительные органы.

Например, клининговая компания “ТрансСистемаСтрой” специализируется на уборке помещений, подвижного состава, бортов для РЖД, ГТК России и других крупных компаний. Когда в компании началась проверка, налоговики вместе со штрафами насчитали 100 млн рублей неуплаченного НДС. Полиция на транспорте возбудила уголовное дело по ст. 199 УК РФ.

Налоговая проверка завершилась в 2018 году, часть долга удалось ликвидировать с помощью суда и дополнительных разбирательств. Но следственные действия продолжаются. Изучив материалы дела, эксперты ЦОП усмотрели здесь потенциальную заинтересованность. “Тренд сейчас такой, — говорит юрист Александр Леонтьев, сопредседатель ЦОП, — что уголовные дела возбуждаются по любому поводу.

И выявить сразу эту заинтересованность невозможно”.

Ходят под статьей

“Его забрали в СИЗО прямо в приемной депутата Госдумы”, — рассказывает Наталья Емуранова, адвокат Максима Ванчугова — председателя совета директоров ГК “Город”. Предприниматель находится в заключении 32 месяца.

Уголовное дело насчитывает 800 томов, и считается, что пребывание такое длительное потому, что в СИЗО подследственный знакомится с материалами дела. Однако бизнесмен обратился к Общественному совету ЦОП с просьбой восстановить его предпринимательский статус.

“За то время, что он сидит, — говорит Наталья Емуранова, — больше 2 тыс. дольщиков “Города” получили квартиры. Всего потерпевшими по делу признаны 3,1 тыс.

дольщиков, и, если бы Максиму Ванчугову дали возможность находиться под домашним арестом, дело с вводом жилья, возможно, решалось бы быстрее”. Адвокат добавляет, что из–под домашнего ареста в России еще никто не сбегал, следствию опасаться нечего.

Около года в СИЗО находится и петербургский кооператор Игорь Белоусов, который развивал ПК “Семейный капитал”, на деньги вкладчиков скупал сельхозпредприятия и открывал продуктовые магазины. Вместе с ним были арестованы члены его семьи, которые являлись владельцами активов.

Наталье Верховой, генеральному директору “Семейного капитала”, после 8 месяцев в СИЗО в июле предъявлено обвинение. Адвокаты уверяют, что оно развалится в суде.

За долги перед работниками по зарплате 68–летний Евгений Петраченко, бывший директор АО “МНИИП Фарт”, также провел в СИЗО несколько месяцев, потом его перевели под домашний арест.

Какие выводы

Многочисленные эксперты, опрошенные “ДП”, полагают, что все это наблюдаемое ускорение возбуждения уголовных дел в отношении предпринимателей связано прежде всего с настроениями в российском обществе, с существующим отношением к бизнесменам как к мошенникам априори. Считается, что все это идет от политики государства и иллюстрируется уголовными делами в отношении крупного бизнеса, связанными с миллиардными госконтрактами и коррупцией.

“Но на Западе считается, что не мы на него, предпринимателя, работаем, — говорит юрист Сергей Осутин, — а он работает на нас: создает нам рабочие места и помогает заботиться о семьях. В России не так. Здесь к предпринимателям как людям, умеющим зарабатывать, по–прежнему относятся с недоверием”.

Органы следствия представляют меня мошенником, который обманом хотел бы завладеть деньгами тысяч людей. При этом меня отказываются признавать предпринимателем.

Но разве можно, не будучи предпринимателем, возглавлять коммерческую структуру? Обстоятельства, которые привели к нарушению сроков ввода жилых объектов в эксплуатацию, — прежде всего непростая история предпринимательства, а также коммерческие риски, ошибки в расчетах, кризисы, конъюнктура спроса. Все это при условии организованного давления извне способно привести к лихорадке в любой сфере хозяйственной деятельности.

Максим Ванчугов

председатель совета директоров ГК “Город”

В отношении нескольких членов Ассоциации возбуждено уголовное дело по ст. 159.4. По нашему мнению, эта статья УК РФ написана так, что любой предприниматель может быть объявлен виновным просто потому, что он предприниматель.

Общая тенденция действий правоохранительных органов и органов юстиции в отношении предпринимательского сообщества носит сугубо обвинительный характер, что однозначно препятствует выполнению недавних указов президента РФ и выполнению Стратегии развития Петербурга до 2035 года.

Сергей Федоров

президент Ассоциации промышленников и предпринимателей

В октябре 2017 года в отношении меня было возбуждено уголовное дело по ст. 199 ч. 2 за неуплату налогов. До этого к нам приходила налоговая проверка и нашла нарушения, связанные с уплатой НДС. Долги предприятия после налоговой проверки мы ликвидировали, претензии ФНС были сняты (мы привезли туда 170 тыс.

листов документов), однако уголовное дело прекращать не спешат. Наоборот, дело, по нашим ощущениям, набирает обороты. Счета наши арестованы, на все имущество также наложен арест. И сразу воспряли духом наши конкуренты, ведь мы не можем принимать участие в конкурсах, а убытки компании в месяц составляют 36 млн рублей.

За истекший год пришлось уволить более 1 тыс. сотрудников. Не знаю, кому от этого стало легче.

Александр Брауэр

генеральный директор ООО “ТрансСистемаСтрой”

Лилия Агаркова автора

13 августа 2018, 00:02 24820

Выделите фрагмент с текстом ошибки и нажмите Ctrl+Enter

Обсуждаем новости здесь. Присоединяйтесь!

Источник: https://www.dp.ru/a/2018/08/12/Davlenie_na_biznes_rastet

Неправомерные уголовные дела разрушают бизнес

Уголовное дело на бизнес

Однако в предпринимательском сообществе больше обеспокоены уголовными преследованиями, многие из которых считаются незаконными, и избыточными наказаниями. Правоохранительная система в целом страдает обвинительным уклоном, при этом прокурорский надзор ослаблен из-за гипертрофированного роста полномочий Следственного комитета и дознавателей из МВД.

На XII Всероссийской конференции уполномоченных по защите прав предпринимателей был предложен ряд срочных мер по исправлению ситуации: от возврата утраченных процессуальных прав прокуратуре до расширения прерогатив МЧС. Необходимость кардинального улучшения госрегулирования назрела – это необходимый шаг в сторону улучшения делового климата.

Кто доводит до суда

Сейчас досудебное следствие проводит Следственный комитет, Генпрокуратура осуществляет надзор за следствием и дознанием. Эта система была запущена в 2007 году, когда комитет стал самостоятельным субъектом еще в составе прокуратуры. С начала 2011 года СК получил полную самостоятельность и стал одним из самых авторитетных и мощнейших правоохранительных структур в России.

Сама эта идея возникла не у нас: разделение следствия и надзора за ним – общемировый тренд, при этом во многих странах эту черту довели до судебных органов, в которых функционируют специальные судебные следователи. У нас создать союзный СК пытались еще в 1990 году, но тогда дело так и не сдвинулось с мертвой точки. И, как это часто бывает в отечественной истории и политике: «хорошо было на бумаге, но забыли про овраги».

Сегодня противоречия между прокуратурой и СК постоянно усиливаются, при этом у прокуроров осталось слишком мало рычагов воздействия на правоохранительную практику.

Так, для утверждения обвинительного заключения, направляемого в суд, прокурору по закону выделяется всего лишь 24 часа, при этом дела, как правило, многотомные (зачастую их объем специально растягивается дознанием и следствием). Чтобы их просто прочесть, требуются не одни сутки.

Поэтому, как утверждает глава Ассоциации защиты бизнеса Александра Хуруджи, применяется схема так называемого «флеш-правосудия».

К многотомной «бумаге» прикладывается флешка с кратким ее описанием. Цейтнот толкает прокурора к ознакомлению только с содержимым гаджета, откуда и возникает бесконтрольность следствия с его последующим обвинительным уклоном.

И даже когда гособвинитель возражает против ареста или слишком сурового приговора, суд, как правило, поддерживает следствие и выносит даже более суровые приговоры, чем от него ожидали следователи. Но самая главная проблема заключается не в огрехах правоохранительной системы.

По нынешнему УПК все равно у прокуратуры есть возможности существенного влияния на судебные процессы – в конце концов обвинителем на суде выступают именно прокуроры.

Уголовные преследования, как считают в «ОПОРе России», являются главным барьером перед развитием предпринимательства. И вот почему.

Дело может и не дойти до суда благодаря адвокатам, прокурорам или само по себе из-за слабости обвинений развалится. Но и бизнес будет развален, и пострадает не только его владелец, но и работники.

По оценке «Деловой России», с 2013 по 2016 годы в результате уголовных преследований было потеряно 2 млн рабочих мест.

Возвращение прокурора

Выход из обвинительного уклона попытаются найти за счет возвращения прокуратуре ее прежних функций по жесткому контролю над следствием.

20 ноября на заседании Экспертного совета при бизнес-омбудсмене (в рамках XII конференции уполномоченных) рассмотрели законопроект «О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (о расширении полномочий прокурора в досудебном судопроизводстве)», внесённый в Госдуму группой депутатов от КПРФ во главе с Геннадием Зюгановым. Документ уже прошел первое чтение в Госдуме. Поэтому есть время внести исправления.

Прокурорам вновь вменяется «требовать от следственных органов и органов дознания устранения нарушений федерального законодательства, допущенных в ходе предварительного следствия или дознания», а главное: «отстранять следователя, дознавателя от дальнейшего производства расследования, если они допустили нарушения УПК».

Новации предлагаются настолько радикальные, что приглашенные Борисом Титовым эксперты-правоведы встретили их настороженно. Получается возврат к прошлому, а не рывок в будущее.

Генпрокуратура может в этом случае подмять Следственный комитет, а опыта непосредственного расследования уголовных дел у нее уже нет. Поэтому Титов предложил внести в законопроект положение об обязательном введении реестра уголовных дел, который бы администрировала прокуратура.

И перевести его «на цифру», чтобы обеспечить прозрачность следствия на всех этапах, без вмешательства в само следствие.

В целом же реформа УПК необходима для смягчения обвинительного уклона.

Фиктивная ОПГ

Силовики нашли еще один способ давления на подследственных по экономическим статьям. Как известно, лучший способ добиться признания – это поместить подозреваемого под арест и продлевать его чуть ли не до бесконечности. Тогда он станет сговорчивее.

Однако тяжести обвинений по 159 статье (мошенничество) не всегда хватает на длительное заключение в СИЗО. Так было придумано использовать статью 210-ю УК, направленную против «организованного преступного сообщества».

Когда ее вносили в УК, то правоохранители успокаивали: она будет применяться исключительно против воров в законе, бизнес не тронут. Но все получилось наоборот.

К 2016 году статья применялась к лидерам ОПС 40 раз. А по экономическим преступлениям – 1000. По словам Титова, эта статья стала «дубиной против бизнеса». Ситуацией обеспокоились даже в администрации президента – ведь по этой статье грозит срок до пожизненного заключения. Поневоле возьмешь на себя даже то, что не совершал.

«Статья 210 стала эффективным инструментом для давления, шантажа и удержания предпринимателей под стражей до приговора суда, – заявил глава Ассоциации защиты бизнеса Александр Хуруджи.

– С ее помощью обвиняемым «утяжеляют» обвинение, чтобы продлить срок следствия, добиться нужных показаний и держать в СИЗО до приговора.

Порой доходит до абсурда: если по обвинению проходят несколько владельцев и сотрудников компании, следователь автоматически пишет про «сообщество, созданное с преступным умыслом». А суд с ним соглашается.

Дело доходит до смешного, если бы не было так грустно. В качестве доказательства создания ОПС в дело вклеиваются фотографии с новогодних корпоративов.

А в одном деле следователь написал: «Выявлено два направления преступной деятельности – финансовое и производственное».

В результате наказания за хозяйственные преступления приравниваются или даже оказываются выше, чем наказания за бытовое убийство или посягательство на здоровье личности. По мнению Хуруджи, эта практика говорит о девальвации ответственности.

Об опасности применения статьи 210 к экономическим преступлениям ранее говорил и вице-президент адвокатской палаты Москвы Генри Резник: «Положение катастрофическое. Статья соткана из таких оценочных понятий, как сплоченность, структурированность и возможность влияния».

Он привел случай в Екатеринбурге, когда по этой статье осудили человека, который пошел на сотрудничество со следствием, но остальных его 13 «подельников» – нет. Получилось ОПС из одного осужденного.

Тогда Резник предложил срочно издать приказ Генпрокурора об обязательном применении статьи 37 УПК, по которой прокурор может требовать устранения нарушений федерального законодательства, включая неправомерное применение статьи 210.

Борис Титов, в свою очередь, призвал в перспективе законодательно исключить возможность применения статьи 210 для «нетяжких составов», под которые подпадают и преступления экономической направленности.

Источник: https://fingazeta.ru/ekonomika/rossiyskaya_ekonomika/452572/

Опасный бизнес. Как защититься от заказного уголовного дела | Бизнес

Уголовное дело на бизнес

Все эти причины, особенно если они выдаются заказчику последовательно, по одной на каждой новой встрече, вряд ли вызовут искреннее сочувствие с его стороны.

В какой-то момент вы сможете заметить, что в его изложении картина выглядит несколько иной. В разговоре он вдруг пытается представить ситуацию так, как будто именно вы изначально не собирались выполнять взятые на себя обязательства, обманывали его относительно имеющихся возможностей, а деньги присвоили себе, намекая на совершение преступления.

Как распознать заказное дело

Первый признак — уголовное дело возбуждено по надуманному поводу. В настоящее время следственные подразделения перегружены работой. Даже несмотря на то, что первичным фильтром в полиции будут выступать оперативные структуры, которые еще на своем этапе отсеивают большую часть обращений, при всем желании следователи не смогут удовлетворить интересы всех заявителей.

Такие уголовные дела нередко возбуждаются лишь «для входа». Это означает, что в процессе расследования дела, которое возбуждалось по малозначительному или надуманному поводу, следователи рассчитывают выявить в действиях предполагаемого подозреваемого иные составы преступлений, чтобы «входное» дело затем прекратить за ненадобностью.

Второй признак: уголовное дело было возбуждено в короткий срок после обращения заявителя без фактического проведения проверки по заявлению и сразу в отношении конкретного человека.

Как правило, уголовные дела в сфере экономики намного сложнее в доказывании, чем уличный грабеж или квартирная кража.

Объемы материалов, которые необходимо изучить в ходе проведения доследственной проверки, чтобы даже поверхностно вникнуть в суть спора, весьма значительны.

Более того, часто случается, что заявитель сам умышленно искажает картину произошедшего, чтобы скрыть собственные неправомерные действия. Для того чтобы разобраться во всех хитросплетениях, нужен, как правило, не один месяц.

Третий признак: уголовное дело возбуждено с нарушением правил подследственности.

По действующим законам уголовное дело возбуждает и расследует следственной орган, к компетенции которого относится то или иное преступление и на вверенной территории которого это преступление совершено.

Если уголовное дело возбудило подразделение, привязка к которому у юристов вызывает сомнение, есть все основания полагать, что оно возбуждалось в месте, где у заявителя имелся административный ресурс.

Наконец, признак номер четыре — это наличие вступившего в законную силу решения суда по гражданско-правовому спору, в котором уже дана оценка обстоятельствам возбужденного уголовного дела.

Правило о преюдиции запрещает следователям переоценивать обстоятельства, которые уже были установлены судом. Однако на практике это правило работает избирательно — только по делам, где следственные подразделения специальным образом не мотивированы.

Записывать на диктофон

Каждую встречу с оппонентом необходимо фиксировать на диктофон. Можно рассчитывать на везение и надеяться, что запись не пригодится никогда.

В то же время наличие на такой записи выверенных формулировок, подтверждающих, что спор имеет признаки исключительно гражданско-правовых отношений, а также намеков, угроз или прямых заявлений со стороны оппонента, что у него есть административный ресурс, который он намерен использовать, даст в дальнейшем возможность обратить такие высказывания против их владельца.

В этом случае в его действиях могут присутствовать признаки вымогательства, мошенничества или самоуправства. В российском уголовном процессе такая аудиозапись признается доказательством даже в том случае, если запись сделали без предварительного уведомления других участников о фиксации разговора.

Согласно позиции Верховного суда запись, произведенная одним из участников разговора, признается допустимой для целей уголовного процесса в любом случае. Но есть нюансы. При первоначальной выдаче правоохранительным органам копии этой записи необходимо будет указать, когда, кем и в каких условиях осуществлялась запись.

Не забудьте сохранить оригинал записи на устройстве, на котором она производилась. В случае возникновения у следователя сомнений (а они обязательно возникнут, если юристы другой стороны не дилетанты) в наличии на записи признаков монтажа или необходимости идентификации голоса следователь попросит первоисточник, зафиксировавший разговор.

И будьте готовы, что, если вы не желаете расстаться с первоисточником по причине того, что в этом телефоне/диктофоне/планшете содержится иная информация, которую вы не хотели бы демонстрировать следователю, одна лишь копия не будет иметь силу доказательства.

Обезопасить оригиналы

Убедитесь, что оригиналы документов, подтверждающих вашу правоту, находятся в безопасном месте. Офис компании, квартира или дача никак не могут считаться таким местом.

Согласно позиции Верховного суда состав мошенничества образуется лишь в случае, когда умысел на хищение возник до момента завладения этим имуществом. При этом целью такого завладения явилось именно хищение, а принятые на себя обязательства обвиняемый не собирался выполнять.

В связи с этим наличие доказательств, подтверждающих отсутствие умысла на хищение при заключении сделки, имеет важное значение для отстаивания своей невиновности. При возникновении риска уголовного преследования необходимо тщательно подобрать документы и еще раз проанализировать факты, подтверждающие наличие гражданско-правовых отношений между вами и потенциальным заявителем:

  • оригинал договора, заключенного на условиях, которые вы имели возможность выполнить;
  • наличие необходимых ресурсов для выполнения договора (штата сотрудников, техники, средств, реальных договоров подряда и так далее);
  • подписанные акты выполненных работ даже на промежуточном этапе; это будет подтверждать, что работы все-таки выполнялись;
  • переписки (e-mail, бумажные письма, сообщения в телефоне) с согласованием условий выполнения договора либо его корректировки в процессе выполнения, если таковые не были отражены в договоре.

Найти свидетелей

Одной лишь аудиозаписи может быть недостаточно. В переговорный процесс необходимо привлекать свидетелей, которые в дальнейшем смогут рассказать следователю о ходе и содержании беседы.

Свидетельские показания считаются самостоятельным доказательством в уголовном процессе. При этом надо иметь в виду, что в отличие от арбитражного процесса свидетельские показания в уголовном деле нередко имеет больший приоритет перед письменными документами.

Определите круг людей, которые могли бы рассказать о законном характере ваших действий, отсутствии изначального умысла на хищение имущества при заключении сделки, наличии возможности выполнить свои обязательства при заключении договора и объективном отсутствии возможности их выполнить уже в процессе исполнения договора.

Говорить одно и то же

Максимально детально продумайте и подготовьте свою правовую позицию.

Если в процессе доследственной проверки или расследования уголовного дела вы будете последовательно и логично из допроса в допрос излагать свою позицию, которая не будет меняться, это можно будет дополнительно свидетельствовать о добросовестном характере ваших действий. Напротив, постоянное изменение показаний сыграет против вас даже при наличии убедительных письменных доказательств.

Также будет правильно заранее позаботиться о приглашении адвоката, с которым будет комфортно работать. В противном случае лихорадочный перебор защитников родственниками в условиях, когда потенциальный доверитель находится в заключении, может принести много разочарований.

В нашей практике были случаи, когда уголовные дела возбуждались на следующий день после обращения заявителя в правоохранительные органы. О возбуждении такого уголовного дела человек, как правило, узнает в момент одновременного проведения обысков в офисе и квартире либо в момент задержания.

В случае, если уже есть договор с конкретным защитником, обвиняемый имеет полное право настаивать на приглашении своего юриста при задержании или допросе в статусе подозреваемого (обвиняемого), указав в протоколе следственного действия фамилию, имя, отчество, данные об адвокатском образовании, в котором тот состоит, а также номер телефона своего адвоката. В противном случае следователь вправе самостоятельно назначить дежурного адвоката для защиты.

Источник: https://www.forbes.ru/biznes/363685-opasnyy-biznes-kak-zashchititsya-ot-zakaznogo-ugolovnogo-dela

Поделиться:
Нет комментариев

    Добавить комментарий

    Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.